«Оптимисты работают в "Новой газете"!»

Штурм через окно

Несмотря на то, что уголовное дело на Заякина ГСУ СК РФ возбудило еще 8 августа, задержали Заякина только через 20 дней. 28 августа силовики взяли штурмом квартиру журналиста. По словам супруги Заякина, он вернулся из Якутска в Москву утром, а в районе четырех часов вечера супруги услышали стук в дверь, после чего на балконе появился силовик и стал выбивать дверь в квартиру. Его впустили, а затем впустили и оставшихся сотрудников правоохранительных органов через входную дверь. По словам жены, в обыске участвовали восемь человек, включая понятых, которые несмотря на предшествующий штурм вели себя корректно и интересовались количеством книг и фарфоровыми пиалами. После обыска и изъятия техники Заякина увезли на допрос, в котором, как рассказал его адвокат Михаил Бирюков, участвовали сразу два сотрудника физической защиты, охранявшие следователя от журналиста. В Следственном комитете Заякин отказался давать показания, ссылаясь на 51-ю статью Конституции.

Экстремистская тысяча

В Басманный суд сооснователя «Диссернета» доставили около часа дня 29 августа, где тот около двух часов знакомился с материалами дела. После этого началось рассмотрение ходатайства следствия об избрании меры пресечения. Отметим, что судебный пристав пытался запретить журналистам снимать в коридоре суда и даже попытался составить протокол о некоем административном нарушении на журналистку «Новой Газеты» Ирину Воробьеву.

На заседании следователь представила суду материалы, согласно которым Заякин 5 августа 2021 года «с целью обеспечения деятельности экстремистского сообщества» перевел одну тысячу рублей в Фонд борьбы с коррупцией, который собирает пожертвования на свою деятельность. При этом ровно за день до этого Первый апелляционный суд утвердил постановление Мосгорсуда, который признал ФБК, его юрлицо «Фонд защиты прав граждан» и движение «Штабы Навального» экстремистскими организациями и запретил их деятельность на территории России.

В обоснование этого следователь представила справку о переводе этой суммы из Сбербанка, протоколы осмотра интернет-ресурсов и другие документы.

В материалах, поступивших в суд, следствие просило разрешить ему покидать квартиру только на три часа в день, запретить пользоваться интернетом и прочими средствами связи и общаться только с теми, с кем разрешит следователь. Все это, по ее словам, должно уберечь доказательства, которые Заякин может попытаться уничтожить, а также не дать ему скрыться от следствия.

Судья, в свою очередь, после стандартных вопросов о личности Заякина и вопроса, почему тот не служил в армии, дала команду судебным приставам вывести его из клетки расположенной в зале суда, потому что из-за высокого роста тот не может полностью выпрямиться, отвечая на вопросы судьи. После этого Заякин пересел за стол к адвокату.

Запрет на профессию

Адвокат Бирюков попросил суд приобщить к делу несколько поручительств и характеристик на Заякина и зачитал одну из них от главного редактора «Новой газеты», лауреата Нобелевской премии мира Дмитрия Муратова. В ней в том числе говорилось, что Заякина не надо содержать под стражей и держать в камере.

— А ему камеру никто не просит, — отреагировала судья.

— Это было написано еще до того, как мы ознакомились с материалами дела, — ответил Бирюков.

— Оптимисты работают в «Новой газете»! — заключила судья Михайлова.

Сам Заякин заявил, что запрошенная мера пресечения избыточна. Он готов добровольно являться для совершения следственных действий и не собирается скрываться от следствия. Его адвокат при этом обратил внимание суда на то, что преступление, которое вменяют его подзащитному связано с переводом тысячи рублей в прошлом году. Продолжение преступной деятельности, которым следствие обосновывает меру пресечения — умозрительное предположение следователя и никаких улик в этом деле скрыть невозможно, потому что речь идет о безналичном платеже, который уже задокументирован.

Кроме этого, по мнению Бирюкова, то, что следствие в запрете определенных действий допускает ежедневные трехчасовые прогулки, показывает, что реально следствие не опасается, что Заякин может покинуть страну.

— Лишение моего доверителя возможности общения с людьми, а его работа состоит именно из общения с людьми, и написание статей подразумевает не только дистанционный характер [работы], но и путем непосредственного контакта с редактором, корректором и иными участниками творческого процесса, является неотъемлемой частью его жизненного пути. Запрет на общение со своими коллегами по работе является фактически запретом на профессию.

Вернувшись из совещательной комнаты, судья постановила запретить Закину покидать квартиру с восьми вечера до восьми утра, а также смягчила запрет на общение только с участниками дела, который запрашивало следствие.

— На удивление суд не пошел на поводу у следствия и разрешил две принципиально важные для нас вещи. Следствие просило оставить ему три часа в день на прогулку, но суд разрешил ему находиться вне помещений дома с 8 утра до 8 вечера. Во вторых, не установлен запрет, о котором просило следствие — на общение с иным кругом лиц, кроме участников уголовного дела. То есть он может спокойно приезжать в «Новую газету», сдавать статьи, общаться. Он не ограничен в своей трудовой деятельности. И это тоже большой плюс, — прокомментировал решение суда адвокат Заякина Михаил Бирюков.